Интенция | Все о философии
Регистрация или вход Регистрация или вход Главная | Профиль | Рекомендовать | Обратная связь | В избранное | Сделать домашней
Меню
Основы
Онтология
Гносеология
Экзистенциология
Логика
Этика

История философии
Досократики
Классический период античной философии
Эллинистическая философия
Cредневековая философия
Философия эпохи возрождения
Философия Нового времени
Философия Просвещения
Классическая философия
Постклассическая философия

Философия общества
Проблемы устройства общества
Философская антропология

Философия религии
Буддизм
Ислам
Христианство

Опрос
Судьба человека предопределена заранее?

Да, я фаталист(ка)
Нет, человек сам кузнец своего счастья
Свой вариант


Результаты
Другие опросы

Всего голосов: 720
Комментарии: 2

История философии

Поиск

[ Главная | Лучшие | Популярные | Список | Добавить ]

Идея познаваемости мира и научный метод: принцип эмпиричности



В этой связи трудно согласиться с утверждением, будто тезис об опытном происхождении всякого человеческого знания был выдвинут еще в античности Демокритом и Эпикуром 18. У Демокрита или Эпикура проявлялась сенсуалистическая тенденция, однако сколько-нибудь последовательно отстаивать сенсуализм или эмпиризм Демокрит не мог уже хотя бы потому, что его собственная онтология не могла получить обоснования в рамках доктрины эмпиризма. Как отмечает М. А. Киссель, в историко-философской литературе существует «полная разноголосица» в вопросе о том, к какому из двух направлений (эмпиризму или рационализму) следует отнести философию Демокрита. Причину этого М. А. Киссель видит в том, что сама антитеза была осознана лишь в Новое время, «вся античная философия в целом была неосознанным рационализмом», а заслуга Демокрита состоит в том, что он одним из первых смутно почувствовал необходимость соединить умозрительно-философское «глобальное» объяснение с естественнонаучным объяснением мира в деталях и по частям [19].
К числу мыслителей, разделявших убеждение в возможности априорного познания, основанного на чистом мышлении, Эйнштейн относит Платона, Спинозу и Гегеля и характеризует это убеждение как «предрассудок», или «аристократическую иллюзию о неограниченной проницательности чистого мышления». Однако, наряду с этим убеждением, отмечает Эйнштейн, в философии все более проявляла себя тенденция его критики и отрицания, обнаруживался все возрастающий скептицизм по отношению ко всякой попытке узнать что-либо об объективном мире с помощью одного лишь чистого мышления. Решающую роль в преодолении рационалистической иллюзии сыграло становление «физического образа мыслей», физического типа мышления. Возникновение физического образа мышления и его практические успехи поколебали уверенность в возможности познания вещей и связей между ними с помощью чистого умозрения. «Постепенно,— пишет Эйнштейн,— получило признание убеждение, согласно которому все наше знание о вещах состоит исключительно из переработанного сырья, доставляемого нашими органами чувств. В столь общем (и еще несколько нечетко сформулированном виде) это утверждение в настоящее время является, по-видимому, общепринятым...» [20] Возникновение убеждения, о котором говорит Эйнштейн и которое выражает тезис генетического эмпиризма, означало фундаментальную революцию в характере научного мышления, оно означало формирование важнейших посылок естественнонаучного рационализма. Эйнштейн подчеркивает общепризнанность (общепринятость) этого тезиса, хотя и признает его несколько «нечеткую» формулировку. Если, однако, учесть, что в течение долгого периода развития философии господствовала уверенность в возможности познания мира с помощью одного лишь чистого мышления, которая с точки зрения тезиса генетического эмпиризма является неправомерной, то естественно возникает вопрос: насколько доказательным является тезис самого генетического эмпиризма, каким образом может быть обоснован скепсис по отношению к доктрине генетического рационализма?
Согласно Эйнштейну, убеждение в необходимости основывать наше знание на данных органов чувств покоится не на логическом доказательстве, «не на предположении о том, что кто-то в действительности доказал невозможность получения знания о реальности с помощью чистого мышления»[21]. Такая «невозможность» доказывается и обосновывается лишь исторической практикой научного познания. Именно анализ и осмысление практики научного познания приводят к выводу, что развитие физики и естественных наук исходило из широкого использования эксперимента, наблюдения и измерения и опиралось на них, что без указанного эмпирического подхода это развитие было бы невозможно.
Тезис гносеологического рационализма представлялся достаточно респектабельным, пока сферу научного познания составляли в основном две области: математическое знание и общие космологические (натурфилософские) модели мироздания. В этих областях «чистое мышление»[22] чувствовало себя достаточно уверенно, причем в первой области оно действительно приводило к достоверному знанию. Однако чем более внимание познавательной мысли направлялось на «детали и частности» реального мира, природного бытия, тем более обнаруживалась неправомерность притязаний «чистого мышления», умозрительной спекуляции. В конце средних веков и в эпоху Возрождения опыт и наблюдение принимают все более систематизированную, целенаправленную форму и приводят — даже в сфере таких псевдонаук (или «преднаук»), как алхимия или «натуральная магия»,— к открытию множества фактов, которые никак нельзя было бы усмотреть путем чистого мышления. Запросы практической жизни, развитие инженерного искусства и техники в эпоху становления капиталистической формации требуют все большего внимания к деталям и частностям свойств, структуры и поведения неодушевленных тел природы и живых организмов, а это стимулирует постепенную переориентацию мировоззренческих познавательных установок, формируется экспериментально-опытный подход к изучению природы. Скепсис по отношению к рационалистической традиции имел свои исторические корни, его первые проявления уже обнаружились в античности, однако только в эпоху Нового времени этот скепсис принимает форму явно выраженной и развитой философской установки, философского мировоззрения. Говоря о тех, кто «с полной ясностью и четкостью» выдвинул эту философскую установку, Эйнштейн называет, кроме Галилея, Д. Юма. Такое ограничение представляется, безусловно, неправомерным. И дело не только в том, что Д. Юм занял позицию скептика по отношению как к гносеологическому рационализму, так и к познавательным возможностям человека вообще, перейдя в ту область, где уже начинается отрицание рационализма «в широком смысле». Философия Юма вырастала из философии своих предшественников, а среди них выдающееся место занимали Ф. Бэкон и Дж. Локк.

Разместил: Научный философ Дата: 27.03.2009 Прочитано: 51244
Распечатать

Всего 1 на 12 страницах по 1 на каждой странице

<< 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 >>

Дополнительно по данной категории

24.03.2009 - Наивный эмпиризм
24.03.2009 - Рассудочный эмпиризм
24.03.2009 - Чистый эмпиризм. Эмпирический интуиционизм (Беркли)
24.03.2009 - Чистый эмпиризм. Сенсуализм (Кондильяк)
24.03.2009 - Чистый эмпиризм. Теория, основывающаяся на вере (Юм)

Нет комментариев. Почему бы Вам не оставить свой?

Вы не можете отправить комментарий анонимно, пожалуйста войдите или зарегистрируйтесь.

Главная | Основы философии | Философы | Философская проблематика | История философии | Актуальные вопросы